Коллекции
Коллекция часов Останкинского музея включает в себя около 50 предметов, относящихся преимущественно к XVIII и XIX векам. В ней представлены все основные типы механических часов: напольные, настенные, настольные, каминные, каретные, карманные и двое солнечных. Большинство предметов изготовлено во Франции и Англии, есть также образцы русской работы. В коллекции имеются часовые механизмы Антуана Пеллетье (A. Pelletier)- придворного мастера Людовика XV, Пьера Жиля, Жозефа-Леонарда Рока. Бронзовые корпуса некоторых часов из останкинской коллекции были изготовлены в мастерских известных бронзовщиков: П.-Ф. Томира (P.-F. Thomire) – одного из самых прославленных французских мастеров первой половины XIX в., Жана-Жозефа де Сен- Жермена (Jean-Joseph de Saint-Germain). Из английских часов (имеющих преимущественно деревянные корпуса, украшенные бронзовыми накладками) можно выделить предметы, подписанные Э. Нортоном (E. Norton) и Дж. Прайором (J. Prior). Наибольшую ценность представляют часы из собрания семьи Шереметевых. Прежде всего, следует отметить часы, подаренные Н.П. Шереметевым Татьяне Васильевне Шлыковой, которая была ближайшей подругой Прасковьи Ивановны Ковалевой, его супруги. Долгие годы они хранились как реликвия в семье Шереметевых. Механизм часов английский, подписан известным лондонским мастером Т. Тейлором (T. Taylor), корпус русской работы конца XVIII века, фанерован красным деревом и украшен латунными накладками в стиле «Жакоб». В интерьерах Останкинского дворца в конце XVIII века бытовали французские часы с фигурой читающей Клио. Они были изготовлены в 1760-е годы и имеют подпись парижского часовщика Пьера Жиля «Gille l’aine». Эти часы были перевезены в Останкино из Кусковского дворца для парадного Итальянского павильона. Из петербургского Фонтанного дома в середине XIX века были доставлены в Останкино часы-ротатор в виде вазы, украшенной двумя крылатыми фигурами. Возможно, они были приобретены Н.П. Шереметевым через В. Бренну, который поставлял аналогичные вазы для обстановки Михайловского замка в 1790-е годы. Среди русских работ следует выделить монументальные часы с бронзовыми фигурами Петра I и рыбаков на популярный в то время сюжет по картине живописца Карла Карловича Штейбена (Carl Steuben) "Петр Великий в бурю на Ладожском озере". Бронзовая скульптура была изготовлена по модели К. Тегельштейна в 1840– 1850-е годы. Часы имеют массивный высокий малахитовый постамент.
Часы
В Московском музее-усадьбе Останкино хранятся уникальные вещи, относящиеся к театральному реквизиту и музыкальному сопровождению спектаклей. Самыми необычными из них являются щиты, закрывающие арочные проёмы в верхнюю галерею- Парадиз (в переводе с французского - рай). Служебное помещение, расположенное под потолком зрительного зала, в XVIII веке служило галёркой, откуда могли смотреть спектакль слуги и незанятые в постановке актёры. Одновременно эти проёмы были резонаторами для улучшения акустики. Во время бала щиты, установленные на место, создавали впечатление единого потолка. Отдельного внимания заслуживает коллекция музыкальных инструментов. Арфа, изготовленная во Франции в последней четверти XVIII века, по легенде принадлежала актрисе и певице Прасковье Ивановне Ковалёвой-Жемчуговой – в замужестве графине Шереметевой. Редким инструментом является виолончель работы Ивана Андреевича Батова – крепостного графа Шереметева. Ещё при жизни он стал признанным мастером в изготовлении и реставрации музыкальных инструментов. К театральной бутафории, использовавшейся в постановках Николая Петровича Шереметева, относится колесница – уникальный экспонат, сохранившийся с конца XVIII века. Она была задействована в опере А. Гретри «Браки Самнитян», где главную женскую роль играла Прасковья Жемчугова. Помимо предметов, исторически связанных с шереметевским театром, в коллекции музея есть реквизит крепостного театра Апраксиных, располагавшийся в усадьбе Ольгово: бутафорские каски и военные доспехи. В коллекции так же имеется реквизит, использовавшийся в постановках конца ХIХ – начала ХХ века. В 1937 году для выставок музея были специально заказаны гримировальные коробки, аналогичные используемым в XVIII веке.
Театральная коллекция
Коллекция осветительных приборов Останкинского дворца в основном состоит из образцов последней четверти XVIII – первой половины XIX вв. По полноте представленного материала и художественным достоинствам она занимает ведущее место среди останкинских коллекций и составляет уникальную часть общенационального музейного фонда. Она насчитывает чуть более 700 единиц хранения, из которых почти половина находится в экспозиции дворца-музея на своих первоначальных местах: в парадных залах дворца, служебных помещениях. В советское время в коллекцию осветительных приборов вошли вещи из бывших родовых владений Шереметевых (Михайловское, Остафьево), а также поступившие в музей в результате его собирательской деятельности. Наиболее целостную и высокохудожественную часть коллекции составляют подвесные осветительные приборы – люстры и фонари (80 ед. хр.), которые все датируются XVIII в. и составляют неотъемлемую часть убранства дворца. В основном это вещи русской, главным образом, петербургской работы. Среди них имеются семь подписных произведений из мастерской петербургского мастера И.Ф. Фишера, работавшего по придворным заказам (его люстры имеются кроме Останкина только в собрании Эрмитажа и Павловска). Помимо осветительных приборов типологически собрание подразделяется на настенные (стенники и бра) – более 50 ед. хр. и настольные (канделябры и подсвечники) – более 140 ед. хр. В этом разделе большинство вещей западноевропейского, в основном французского, производства. Поскольку качественной бронзы в России не было, светильники привозили из-за границы. В собрании имеются произведения таких известнейших парижских бронзовщиков как П.Ф. Томир, П. Гутьер и др. В самостоятельную группу входят деревянные осветительные приборы (торшеры и вазы-канделябры) – более 30 ед. хр. Они, как и подвесные светильники, находятся во дворце на своих первоначальных местах. Почти все эти вещи были сделаны на заказ специально для интерьеров останкинского дворца в крупнейших по тем временам московских мастерских резчика П. Споля и позолотчика К. Шермана. Несколько торшеров выполнены русскими учениками последних – И. Мочалиным, Г. Немковым и Ф. Никифоровым. Особый раздел Останкинской коллекции составляют уникальные масляные светильники конца XVIII – первой половины XIX вв. (более 100 ед. хр.). Они использовались для освещения театра, служебных помещений, гримировочных актеров и жилых покоев. Имеющиеся в коллекции уличные фонари XIX в. в свое время в силу своего чисто утилитарного характера и относительной дешевизны не ценились и не сохранялись. Сейчас они являются даже еще большей редкостью, чем великолепные дворцовые люстры XVIII в. Этот раздел собрания, еще мало изученный, имеет большое историческое значение. Предметы из этого раздела останкинской коллекции никогда не публиковались.
Осветительные приборы
Коллекция насчитывает более 300 единиц хранения. С первых лет существования дворца его интерьеры являлись своеобразными галереями скульптуры. Особенно много ее было в Итальянском павильоне и галерее, ведущей от него к жилому дому. В конце XVIII столетия в Останкинском дворце было выставлено тридцать подлинных антиков, из которых сохранилось всего пять. Одна из этих статуй – Гигиейя, богиня здоровья, - приобретенная гр. Н.П. Шереметевым специально для Останкина, находится в Египетском павильоне и представляет собой римскую копию II в. н. э. с греческого оригинала IV в. до н. э. Четыре античных изваяния украшают Итальянский павильон. Таковы мраморная фигура Козочки (римская копия I века н. э. с греческого оригинала IV-? в. до н. э.), головка Афродиты (римская копия I в. н. э. с греческого оригинала IV в. до н. э.), две античные мраморные головки (обе – I в. н. э., торс – XVIII в.), одна из которых считается изображением императора Каракаллы в детском возрасте. Помимо антиков особый интерес представляет круг произведений, сосредоточенных в интерьерах Останкинского дворца с конца XVIII – начала XIX вв. Здесь выделяются мраморная статуя «Спящая Ариадна» (1790-е гг., Италия) работы неизвестного скульптура, статуя «Вакханка с виноградом» (1790-е гг., Италия, мрамор) неизвестного автора, изваяние «Плакальщицы» (1790-е гг., Италия, мрамор) работы П. Трискорни, терракотовая статуя «Женщина со светильником» (1780 – 1790-е гг.), Э. Коде, мраморный бюст «Смеющийся фавн» Ж.Б. Лемуана (?), композиции «Девушка, играющая в кости» (после 1768 г., мрамор) Л.С. Буазо и «Девушка, играющая с раковиной» (конец XVIII в., Франция, мрамор) работы неизвестного скульптора круга Л.С. Буазо – Ж.Б. Пигаля и др. Значительную часть подобных произведений составляют мраморные копии, выполненные в XVIII в. в Италии с античных оригиналов. Однако, собрание скульптуры в Останкине постоянно пополнялось и позднее, о чем свидетельствуют, например, такие произведения, как «Торжество Вакха» (1770-е гг., Франция, бисквит), Ле Гиша (?), скульптурный портрет Екатерины II (вторая половина XVIII в., Россия, бисквит), статуя Венеры работы П. Барзонти (начало XIX в., Италия, мрамор) по копии римского мастера II в. н. э. с эллинистического оригинала III в. до н. э. Кроме скульптурных изваяний интерьеры дворца с XVIII в. украшает большое количество разнообразных по форме и размерам мраморных, алебастровых и бронзовых ваз. Особую часть коллекции составляют произведения садово-парковой декоративной скульптуры – гермы и вазы итальянской работы конца XVIII в., расположенные на территории усадьбы Останкино. Среди них особого внимания заслуживают изваяния Аполлона Бельведерского (вторая половина XVIII в., Италия, мрамор) и огромная серого мрамора ваза «Три грации» (конец XVIII в., итальянская школа), приобретенная в петербургской мастерской итальянца Жермони.
Скульптура
Коллекция изделий из фарфора и фаянса насчитывает около 1700 единиц хранения. Наибольшую ценность для музея представляют предметы, связанные с Останкинским дворцом-театром конца XVIII в. Главным образом это – предметы, которые со времени строительства дворца и до настоящего времени являются частью убранства интерьеров дворца и не сохранившихся жилых покоев. К этой же категории относится сохранившаяся часть некогда большого сервиза, употреблявшегося на торжественных обедах во время больших дворцовых приемов. Это изделия формы Джошуа Веджвуда из так называемого «королевского» фаянса. Часть фарфорового сервиза производства Венской мануфактуры, отличающегося элегантной красотой, и некогда принадлежавшего графам Шереметевым, находится в Останкине с 1830-х гг. В коллекции музея имеются отдельные фарфоровые предметы, также принадлежавшие останкинским владельцам и находящиеся во дворце с конца XVIII в. В собрании фарфора наиболее полно и интересно по типам предметов и времени их изготовления (от опытных образцов и до XIX в.) представлены изделия знаменитой Мейсенской мануфактуры. Не менее интересны небольшие коллекции изделий Севра, Вены и других западноевропейских фарфоровых заводов. Небольшая, но хорошо скомплектованная коллекция русского фарфора представлена ведущими фарфоровыми заводами России XVIII – XIX вв. В первую очередь это изделия Императорского фарфорового завода, самое раннее из которых относится к 1760-м гг. Интересны также предметы, созданные на заводах Гарднера, Попова, Батенина, Миклашевской, Корнилова и других русских фарфоровых заводов, особенно многочисленных в районе Гжели в Подмосковье. Особняком в собрании стоит обширная коллекция восточного фарфора, состоящая из более чем 600 различных предметов, сработанных в XVI – XVIII вв. в Китае и Японии. Это – часть очень большой (более двух тысяч предметов) коллекции восточного фарфора, которой обладали гр. Шереметевы и которую начали собирать еще в конце XVII вв. предыдущие владельцы Останкина – кн. Черкасские. Эта коллекция в настоящее время хранится как сложившийся ранее раритет и в задачу музея не входит ее пополнение новыми приобретениями.
Фарфор
Коллекция икон музея-усадьбы Останкино насчитывает более 350 единиц хранения и является уникальным по составу собранием, где большую часть составляют иконы, меньшую – деревянная скульптура и произведения мелкой пластики. Временной диапазон собрания – конец XV – начало XX вв., с преобладанием памятников XVII и XVIII столетий. Основу составляют иконы, относящиеся как к останкинской церкви Живоначальной Троицы (1678–1692 гг.), так и бытовавшие непосредственно в залах Дворца в конце XVIII – начале XIX веков, и в 1854–1865 гг. Наиболее интенсивно фонд пополнился в период с 1935 по 1936-е годы за счет произведений, переданных из фондов Государственного Эрмитажа (шитые и резные иконы, перламутровые иконы и кресты, изделия из кости) в основном XIX века, которые бытовали в образных комнатах Фонтанного дома Шереметевых, из фонда Антирелигиозного музея искусств (бывшего Донского монастыря). Это иконы из многих разоренных московских церквей. Высокую художественную, историческую и научную ценность представляют находящиеся в собрании Останкино подписные иконы работы мастеров Оружейной палаты Московского Кремля конца ХVII века: Федора Козлова, Никифора Хомутова, Петра Билиндина, Петра Коробова, Ивана Максимова, Николая Соломонова, Ивана Володимерова (старшего), Федора Тимофеева. Произведения иконописцев Оружейной палаты Московского Кремля являются образцами русской живописи середины – конца XVII века во всем его своеобразии и развитии. В XVII веке на смену традиционным силуэтным изображениям и условному пространству постепенно приходят изображения объемные, полные непосредственной выразительности за счет рафинированного колорита, изящных жестов, динамичного положения фигур, особо тщательной отделки деталей, пространства, построенного по законам научной перспективы, что создает волнующее единство целого при общей стилевой завершенности. Все это характерно для иконописцев Оружейной палаты Московского Кремля, ставшей с середины XVII века центром художественной жизни страны.
Иконы
Редкое по своей целостности, собрание архитектурной графики характеризует строительную и хозяйственную деятельность графов Шереметевых во второй половине XVIII – начале XX вв. Коллекция включает девятьсот проектных, рабочих, фиксационных чертежей городских и усадебных построек, планы парков, отдельных поселений и местностей. Особое значение имеют листы, отражающие историю проектирования и строительства дворца-театра в Останкине (1792 – 1799), который создавался при участии архитекторов Ф. Казие (проект не реализован), Ф. Кампорези, В. Бренны, Дж. Кваренги (авторы проектов); К. Бланка, Е.С. Назарова (консультанты, наблюдавшие за работами), крепостных А.Ф. Миронова, Г.Е. Дикушина, П.И. Аргунова (непосредственные исполнители, перерабатывавшие присланные из Санкт-Петербурга проекты под наблюдением заказчика – гр. Н.П. Шереметева). Сохранившийся архитектурно-графический материал тесно связан с имеющимися архивными документами. Почти каждое повеление Н.П. Шереметева к управителям и их отписки по вопросам строительства можно проиллюстрировать имеющимися в музейном фонде чертежами. И, наоборот, большинство чертежей связаны с документами, которые позволяют правильно читать их и датировать с точностью до месяца и дня. Немало листов имеют на полях пометки и даже пространные тексты, написанные собственноручно Н.П. Шереметевым. Безусловный интерес представляют также проекты неосуществленного Большого и Красивого дома на Никольской улице в Москве. В начале 1790-х гг. Н.П. Шереметевым к работе над этим проектом были приглашены не только ведущие русские архитекторы (Дж. Кваренги, Е.С. Назаров, К. Эруа, Ф. Кампорези (?) и др.), но и зарубежные. Среди последних были, например, римский архитектор Р. Стерн (впоследствии придворный архитектор папы Пия VII) и шведский архитектор французского происхождения Ж.-Л. Депре. В собрании хранятся чертежи и планы других шереметевских владений: подмосковных усадеб Кусково, Марково, Остафьево, петербургских имений Вознесенское, Шампетр, городских домов в Москве, Петербурге, Павловске, Гатчине. Среди чертежей, относящихся к XIX столетию, вызывают интерес листы, подписанные академиком Н.В. Султановым, в 1876 – 1878 гг. занимавшимся «восстановлением» дворца и реставрацией церкви Живоначальной Троицы в Останкине. Отдельную часть коллекции (более 1000 ед. хр.) составляет научно-вспомогательный фонд – обмеры и фиксационные рисунки, созданные советскими архитекторами и реставраторами в 1940 – 1970-х гг. (В.Д. Квасовым, Тамонькиным и др.). Точные обмеры многих, в том числе труднодоступных, мест дворца (трюм театра, верхнее машинное отделение театра и др.), являются ценнейшим материалом для архитекторов, ведущих реставрацию памятника.
Архитектурная графика
Основа коллекции гравюр была положена еще владельцем и создателем дворца-театра в подмосковном Останкине графом Н.П.Шереметевым, который повелел устроить в одном из парадных залов дворца Гравюрную, или, как тогда принято было говорить, Эстампную галерею. Ее убранство отличалось затейливостью и своеобразной «интеллектуальностью» благодаря множеству предметов, предназначавшихся для подробного и внимательного рассматривания - гравюр всех европейских школ и драгоценного западного и восточного фарфора, выставленного в горках и на столах. Благодаря сохранившимся описям, мы и сегодня можем узнать некоторые листы из первоначального убранства Эстампной галереи. Когда-то подобные эстампные галереи были таким же популярным типом интерьера, как и картинные – они позволяли продемонстрировать не только богатство владельца, но также его тонкий вкус и образованность. Гравюра ценилась как изысканное искусство, доставлявшее пищу не только зрению, но и уму. Не случайно в Останкине эстампами были украшены не только Гравюрная галерея, но и многие парадные залы дворца. На протяжении всего XIX века коллекция бережно сохранялась его владельцами, а после того, как в 1918 г. усадьба Останкино стала музеем, в него были переданы листы из других национализированных подмосковных имений и из Госфонда. В дальнейшем собрание музея пополнялось путем приобретения гравюр из частных собраний.
Гравюра
Изобретение в начале XIX века литографии привело к настоящей революции в издательском деле. Замена такой трудоемкой и малотиражной техники, как гравюра, на значительно более дешевую в производстве, а главное, позволявшую издать рисунок любым тиражом литографию сделала иллюстрированные издания гораздо доступнее. Разумеется, самыми большими тиражами, особенно когда литография стала цветной, печатались издания рекламного характера – модные журналы, каталоги фирм и т.д. Однако, став доступнее, такая печатная продукция перестала быть той ценностью, которую хранили в библиотеках и передавали из поколения в поколение. Именно поэтому сегодня картинка из модного журнала середины XIX века почти такая же редкость, как старинная гравюра. В собрании Музея-усадьбы Останкино хранится солидная подборка прекрасных литографированных листов из французских изданий, посвященных домашнему убранству, с предметами обстановки и элементов декора, а также изображениями уже «собранных» интерьеров в стиле той или иной исторической эпохи. Они помогали ориентироваться владельцам мебельных мастерских и их клиентам во всем разнообразии «стильной» мебели и выбрать наилучший вариант. Наиболее известными был журнал «Le Garde Meuble, anciene et mоderne», издававшийся с 1839 по 1935 годы в Париже, а также конкурировавший с ним «Le magasin de Meubles». Весьма скромные художественные задачи, которые ставили перед собой их авторы, искупаются тщательностью исполнения и редкой фантазией художников, проектировавших вполне обыденные предметы.
Литография